Конституции Российской Федерации Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным закон - страница 16




^ Кондратьев Ф.В., Понкин И.В. Заключение от 13.12.2005 по содержанию
и направленности мультипликационных фильмов «Золотозубый»
и «Карате и ребята»
Мультипликационные фильмы «Золотозубый» и «Карате и ребята» производства канадской некоммерческой организации «Стрит Кидс Интернешнл» распространяются, рекомендуются и используются в качестве учебно-методических и наглядных пособий Муниципальным центром медико-психологической и социальной помощи населению «Холис» города Екатеринбурга Свердловской области (далее – Центр «Холис»).

В представленной Центром «Холис» аннотации указанных мультфильмов утверждается: «Предлагаемая программа профилактических занятий является синтезом накопленного опыта по разработке и внедрению программы “Ресурсы здоровья”, методов, технологий и инструментов, предлагаемых программой “Выбор улицы”, разработанной Канадской некоммерческой организацией “Стрит Кидз Интернешнл” (SKI), психологических и психотерапевтических методов и подходов. Все это объединено единой идеологией и адаптировано к школьному пространству. Основными инструментами занятий являются два мультфильма: “Золотозубый”, “Карате и ребята”, созданные SKI. Эти фильмы не несут большого объема информации и уж тем более не являются привычными “страшилками”. Сами по себе мультфильмы – это простые истории. Забавные лица героев, экзотический город, в котором происходят события, стереотипы, которыми наполнен фильм, забавный акцент диктора – все это является “стимульным” материалом, побуждающим детей и подростков критиковать, “переделывать” фильм, придумывать варианты развития событий. Фильмы дают возможность для диагностики уровня информированности подростков о предмете дискуссии, будь-то наркотики, СПИД, репродуктивное здоровье или проблемы взаимоотношения с родителями и сверстниками»137.

Таким образом, указанные мультфильмы заявляются в качестве основных инструментов педагогической, медико-просветительской и социальной деятельности Центра «Холис». Об этом свидетельствуют не только прямые указания в текстах пособий Центра «Холис», но и использование на обложках ряда пособий указанного Центра изображений персонажей этих мультфильмов138.

Анализ содержания мультфильмов «Золотозубый» и «Карате и ребята» позволяет определить аудиторию, на которую рассчитана данная видеопродукция. Это – не российская детская, подростковая аудитория, но так же и не аналогичная аудитория западных стран. Такие типы социума и соответствующих социальных отношений, которые представлены в качестве фона и основных доминант в исследуемых мультфильмах, не являются свойственными и нормальными для большей части территории США и Канады, тем более для стран Европы. Аудиторией, на которую могли быть изначально рассчитаны указанные видеоматериалы, являются беднейшие, социально неблагополучные районы, пригороды, кварталы городов стран третьего мира (например, некоторых стран Центральной и Южной Америки), характеризующиеся значительным уровнем социальной дезадаптации населения и высоким уровнем преступности и наркомании, в том числе среди детей, заселенные преимущественно или этническими меньшинствами, или беднейшими слоями населения, с очень высоким процентом групп риска (малолетние преступники, проститутки, наркоманы, гомосексуалисты, педофилы) в общей структуре населения139 таких районов.

Об этом свидетельствуют все содержание мультфильма, эстетический ряд, речь и поведение героев, принципиально отличающиеся от характерных и приемлемых для России, стран европейского культурного и цивилизационного ареала.

Этот вывод подтверждается и текстовой заставкой в конце мультфильма «Золотозубый», где сказано об использовании этого мультфильма в аудитории преимущественно развивающихся стран (Танзания, Замбия, Перу, Гондурас, Боливия). Упомянуты и некоторые развитые страны – США и Канада, но природный ландшафт, показанный в мультфильмах, не дает возможности считать «местом действия» эти страны, даже если иметь в виду какие-то трущобы на юге США.

Для каких-то территорий указанных выше стран образ жизни, показанный в этих мультфильмах, возможно, является стандартным образом жизни, но он совершенно чужд культуре и образу жизни всех народов России.

Это – материалы, которые, теоретически, могут использоваться в среде молодежи, с детства имеющей опыт наркопотребления в разных видах, опыт криминального поведения. Механический перенос на российскую аудиторию методик, изначально рассчитанных (якобы) для указанных групп риска, никак не может обеспечить реализацию заявленной профилактической цели показа этих мультфильмов – профилактику наркопотребления (мультфильм «Золотозубый») и профилактику ВИЧ-инфицирования (мультфильм «Карате и ребята») даже среди групп риска в России. Не говоря уже о профилактике наркопотребления в школьной аудитории, которая в целом, в любой на выбор взятой российской средней школе, отнюдь не является заведомо такой группой риска, состоящей почти полностью из малолетних наркоманов и преступников.

^ 1. Оценка мультфильма «Золотозубый».
Суть сюжета заключается в описании жизни мальчика Карате, которого вовлекает в наркопотребление наркодилер Золотозубый. Сестра Карате Нина поначалу боролась за своего брата. Позднее, когда Карате под воздействием наркотического опьянения угнал вместе со своими приятелями автомобиль и был осужден к лишению свободы, Нина стала малолетней проституткой у Золотозубого, который не только наркодилер и распространитель клея для токсикоманов, но и сутенер детской проституции в данном районе. Карате выходит из заключения и, увидев вовлеченность Золотозубым Нины в проституцию, пытается ее забрать у сутенера. Драка с Золотозубым заканчивается гибелью Нины в пожаре и ранением пекаря, у которого работал Карате. Карате бросает наркотики, помогает восстанавливать сгоревшую в пожаре пекарню, а Золотозубый вдруг превращается в таракана. Этим примитивным содержанием исчерпывается весь сюжет мультфильма.

При просмотре мультфильма сразу же выявляется намеренно гипертрофированный антиэстетизм, а также примитивность и явная ненормальность сюжета, поведения и речи героев фильма. Следует отметить, что в этом отношении данный видеоматериал находится в полном соответствии с содержанием и уровнем культуры тех текстуальных зарубежных материалов, которые были интегрированы в методики Центра «Холис»140.

Рассматриваемый видеоматериал не может принести никакого положительного эффекта в профилактике наркомании даже в среде российских наркоманов вследствие полного несоответствия национального менталитета и культурных установок народов России тем, что представлены в данном мультфильме. Даже в среде наркоманов этот мультфильм может вызвать только смех и комментарии по поводу нелепого внешнего вида и неестественного поведения действующих лиц.

В мультфильме показан целый спектр наркотических веществ и средств для токсикоманов. Однако такое разнообразие наркопотребления не характерно в среднем для массы российских школьников. Поэтому применение этого видеоматериала в массовой школьной аудитории крайне деструктивно, погружает российских детей в субкультуру, которая нехарактерна для большей части российских школьников, их социального окружения. Погружение в этот чуждый для них мир – намеренное и излишнее привлечение внимания к нему, искусственное понуждение российских школьников решать жизненные проблемы, которые не актуальны для большинства из них.

Несомненно, работа по профилактике наркомании должна вестись. Но в данном случае вместо квалифицированного, адекватного и аргументированного разъяснения вреда и опасности наркопотребления сознание школьников погружают в виртуальное пространство, характерное для наркоманов и проституток, им детально показывается видовое разнообразие наркотических веществ, способов поведения наркоманов, распространителей наркотиков и т.п.

Это как если бы вместо предупреждения об опасности маньяков детей водили бы по тюрьмам и моргам и принуждали рассматривать изуверов-убийц и насильников и расчлененные трупы изнасилованных и убитых ими жертв. У кого-то такие просмотры, несомненно, вызвали бы на всю жизнь чувство осторожности в отношениях с незнакомыми людьми, но большинству детей они бы грубо травмировали психику. А кто-то под воздействием такой «профилактики», разрушительной для психического здоровья, и сам впоследствии мог бы стать таким маньяком-убийцей.

Таким образом, детализация и натурализация проявлений субкультуры наркоманов и малолетних преступников совершенно не обусловлены образовательными и медико-просветительскими целями, по существу, вызывают прямо противоположный эффект – интерес несовершеннолетних к показываемой им субкультуре, привыкание к ней, восприятие ее как данности, нормы, готовность осваивать такие способы поведения.

Следовательно, использование данных видеоматериалов для сдерживания наркопотребления в российской системе образования, среди российской детской и молодежной аудитории является ничем иным, как разрушением сложившегося у детей в семье, в процессе получения общего образования негативного отношения к наркотикам, навязыванием отношения к наркотикам как к чему-то обыденному, привычному, нормальному.

Необходимо отметить и то, что мультфильм «Золотозубый» совершенно определенно направлен на формирование негативного правосознания несовершеннолетних, крайне негативистского их отношения к правоохранительным органам. Детям навязывается крайне отрицательный образ правоохранительной системы, ее сотрудников.

Сцена погони полиции за угнанным Карате и его друзьями Сливой и Тормозом автомобилем показана таким образом, чтобы вызвать однозначное сочувствие и сопереживание компании наркоманов-угонщиков.

После задержания Карате помещают в обшарпанную, сырую (лужи на полу) тюремную камеру. Карате сидит в камере на полу, поскольку в камере нет ни стула, ни кровати, зато вокруг ползают огромные насекомые. Показ наркотической «ломки» Карате сопровождается показом садистской радости тюремного надзирателя при виде страданий ребенка. Очевидно, что в восприятии несовершеннолетних зрителей эта сцена однозначно вызовет резкое неприятие по отношению к сотрудникам правоохранительной системы как садистам и негодяям.

Сюжет фильма, якобы антинаркотический, никак не обусловливает необходимость выработки у детей негативизма по отношению к Закону и государству. Такого рода сцены и соответствующее воздействие на сознание детей и подростков можно оценить как намеренную криминализацию их сознания.

В другой сцене, когда мальчик совершает кражу, полицейский, по сюжету, видевший факт кражи, просто игнорирует его, делает вид, что ничего не увидел.

Убийство Золотозубым сестры Карате Нины, покушение Золотозубого на убийство пекаря, поджог – все это, по мультфильму, не влечет за собой уголовного разбирательства, расследования – в полном соответствии со сказанным выше в отношении социальных условий, в которые помещены герои мультфильма.

С другой стороны, обратим внимание на то, что угон Карате и его друзьями автомобиля у местного бандита сразу же влечет за собой реакцию полиции – погоню, задержание, привлечение к ответственности.

Такой мировоззренческий подход, такое выстраивание сюжетной линии и акцентов дезориентируют детей, навязывают им ощущение безысходности и полного недоверия к правоохранительным органам, осуществляют маргинализацию и криминализацию сознания несовершеннолетних.

Следует отметить, что в мультфильме «Золотозубый» совершенно неадекватно эксплуатируется и чрезмерно акцентируется тема детской проституции, которая подается как некая обыденность, социальная норма. И делается это без всякой связи с целями профилактики наркомании. В такого рода многократно повторяемых сценах акцент делается не на общественной опасности, безнравственности и противоправности детской проституции, а на других моментах. Тема детской проституции идет как бы в «фоновом режиме», однако к ней авторы мультфильма возвращаются вновь и вновь, никак не комментируя собственно тему детской проституции, не давая этому явлению ни нравственных, ни правовых оценок. Шокируют детали этих сцен, например, в первой сцене с сутенером показан ребенок лет 6–8.

Эта тематическая линия способна вызывать у детей нежелательные психологические реакции. У многих старших детей это (в том виде, как показано) вызовет насмешку, они проявят неадекватную реакцию, более младшие школьники многое просто не поймут. Некоторые дети будут воспринимать такие сюжеты парадоксально, с возможными затем также неадекватными проявлениями в пошлой или агрессивной форме в отношении товарищей по учебе, педагогов, взрослых. Можно сделать вывод, что в данном случае реализован один из методов суггестивного воздействия на сознание школьников, направленный на формирование на уровне подсознания позитивного образа детской проституции.

Можно согласиться с некоторыми оценками, согласно которым российское общество в нравственном плане в настоящее время деградирует, но, в любом случае, не настолько, чтобы обыденным явлением стала открытая детская проституция, причем девочек младшего школьного возраста.

Следует отметить, что сам образ жизни детей, показанный в мультфильме, не соответствует не только российскому, но и просто мало-мальски цивилизованному обществу. Как уже сказано, он характерен для некоторых полукриминальных предместий в странах третьего мира, где дети не посещают школу, где практически ни у кого из детей нет нормальной семьи, а у взрослых – нормальной квалифицированной работы. Вся жизнь такого социума «вращается» вокруг местного рынка, и образ такого социума подается российским школьникам как норма.

Для массовой аудитории, да и для выборочных групп девиантных несовершеннолетних детей такой подход носит деструктивный характер, поскольку заведомо понижает и без того недостаточный уровень их общей культуры, самооценки, погружает их в несвойственные для них культурные стереотипы, тем самым разрушительно воздействуя на сознание детей.

Надо отметить, что в рассматриваемом мультфильме уничижительно, в карикатурном виде изображены люди разных рас (дети монголоидной и негроидной расы). Такое нетерпимое отношение авторов мультфильма, транслируемое на школьную аудиторию, будет в определенной степени формировать нетерпимое и уничижительное отношение российских детей и подростков к представителям других рас.

Четко просматривается намеренная антиэстетичная, даже вульгарная стилизация мультфильма. Характерно выглядит детская аудитория, показанная в самом начале и конце мультфильма «Золотозубый», когда Карате начинает и завершает рассказ «своей истории», а также изображение Сливы и Тормоза – друзей Карате в его бытность наркоманом. Малолетние проблемные дети (по сюжету фильма – средние, обычные дети) представлены художественными средствами мультипликации как обладающие признаками деградации и ненормальности, в искаженных образах, заведомо вызывающих антипатию и неприятие или насмешку. Но даже позитивные образы детей (дети, играющие в футбол с Карате в сцене про мешок муки, а также смеющиеся в сцене работы Карате) представлены в искаженном антиэстетичном виде. У части российских школьников, это, несомненно, вызовет реакцию непонимания или насмешки и может спровоцировать антигуманные чувства.

Суть и цель этого приема (по существу – суггестивного метода) – артикулирование, акцентирование некоего героя (в данном случае – подросток Карате), к которому намеренно вызываются симпатии и сочувствие зрителей. Детей подводят к полностью некритической оценке этого персонажа, поскольку все остальные вокруг него (здесь не играют никакой роли являющиеся редким исключением эпизодические персонажи третьего-четвертого плана пекарь и его жена, а также сестра Карате Нина, которая позднее показана проституткой) представляются и, соответственно, воспринимается много хуже. То есть в детской зрительской аудитории формируется понимание примера, яркого и безусловного образца для подражания, положительного героя в лице Карате. Именно через этот персонаж, закончив психологическое воздействие с целью обеспечения его некритического позитивного восприятия зрителями, авторы мультфильма внедряют в сознание несовершеннолетних определенные пониженные и/или деструктивные нравственные ценности и определенные разрушительные для культуры и морали детей психологические установки.

Среди этих установок следует выделить уже упоминавшееся негативное отношение к правоохранительным органам, понимание детской проституции и педофилии как нормы, искусственно инициированный интерес к наркотикам, а также целый спектр других асоциальных установок. В частности, это установки на бесцельное времяпрепровождение, уход из семьи, жизнь вне семьи, ориентацию на асоциальную роль в обществе, возможность «зарабатывания» воровством или, в лучшем случае, развлечением прохожих на рынке.

Характерно, что в мультфильме «Золотозубый» (равно как и в мультфильме «Карате и ребята») абсолютно отсутствуют семья и школа, какая бы то ни было учеба детей. Полностью отсутствует даже какое-либо упоминание семьи (воспоминания Карате об умершей маме и об отце-тиране только усугубляют эту ситуацию) кого бы то ни было из персонажей мультфильма. Семья и школа – это два ведущих социальных института воспитания и социализации детей, которые наиболее значимы в любом обществе. Фильм «бьет» по социальному самочувствию детей, навязывая представления, что будто бы и в зарубежных странах, и у нас, в нашей стране именно такая жизнь без семьи и школы уже является нормой.

Сцена с пожаром явно надумана. Клей в малых количествах не взрывается, наркотики не воспламеняются подобно пороху или напалму. Показательно, что в этой сцене Карате бросается спасать сначала пекаря, потом птиц и только потом вспоминает о родной сестре, оставшейся в огне. А ведь любой нормальный ребенок при просмотре этого фрагмента скажет, что в первую очередь следовало спасать находившуюся в горящем здании девочку (родную сестру, да еще находившуюся без чувств!), а только потом раненого мужчину, и без того находившегося за пределами зоны огня, и уже только после этого – птиц.

Такого рода нравственных и логических (в логике нормального восприятия) абсурдных сюжетов и подмен, противоречащих национальным менталитетам и культурам народов России, в анализируемом мультфильме очень много, мультфильм буквально состоит из них.

В этом смысле уместно привести разъяснения сотрудников Центра «Холис», как уже было указано, распространяющих данный мультфильм: «Предлагаемые занятия – это попытка при помощи выдуманной истории обсудить с подростками реальный мир, узнать, каким они его видят, как выживают в нем и в какой помощи нуждаются. Фильмы не заменяют педагога, наоборот требуют его активного участия. Технология “стоп-кадра”, когда подросткам предлагается обсудить только что просмотренный эпизод, – это сочетание открытых вопросов, постепенный переход от придуманной к реальной ситуации, личному опыту, личному отношению подростков. Все это создает комфортную атмосферу обсуждения, в которой подростки проецируют реальные чувства, переживания, свои проблемы и ситуации повседневной жизни на эпизоды фильма. На таком эмоциональном фоне последующие упражнения позволяют изменять отношение подростков к себе, другим людям, средствам зависимости, развивать жизненно необходимые навыки, влиять на ценности ребят. Кроме тем наркомании, курения и алкоголизма, обсуждаются темы дружбы, безопасности, взаимоотношения с родителями, давления группы, доверия, причины обращения к средствам зависимости, преодоления жизненных трудностей, ответственности за поведение и сохранение здоровья, СПИДа и многое другое»141.

Данные утверждения практически полностью не соответствуют действительности, вводят педагогов, работников учреждений образования и медико-социальных служб в заблуждение. Никакого «реального мира», адекватного, соответствующего российским социальным условиям, в этих мультфильмах не присутствует. Никаких жизненно необходимых навыков учащиеся при просмотре этих фильмов развивать не смогут. Более того, они могут утратить уже сформированные действительно жизненно необходимые навыки, мировоззренческие представления, культурные ценности. Ценностная сфера детей будет подвергаться намеренной опасной деформации, уровень культуры детей искусственно понижаться, мышление и речь – примитивизироваться (вульгарный, антиэстетичный, с многочисленными ошибками и нарушениями правил русской речи текст переводчика).

Таким образом, содержание фильма является заведомо интеллектуально «пониженным» и соответствует, максимум, уровню детей, которые не имеют нормальной семьи, нигде не учатся и никогда не учились, в силу тех или иных причин оказались выброшенными из социума. Но и для таких детей этот мультфильм будет крайне вредным и разрушительным, поскольку не позволяет дать им каких-либо позитивных и конструктивных жизненных ориентаций, ответов или примеров. Даже для такой категории детей он будет «работать» не в качестве профилактического средства, а в качестве средства закрепления негативных культурных стереотипов и ориентаций.

В мультфильме «Золотозубый» вообще никакого позитивного содержания не выявляется. Никакой позитивной жизненной альтернативы, перспективы, фильм не дает, в принципе. Характерна навязываемая альтернатива: либо детский изнурительный тяжелый труд на подсобных работах (Карате вынужден выполнять непосильный для него по возрасту тяжелый физический труд грузчика), либо наркомания и воровство. Социально позитивный результат не показан ни по одной сюжетной или второстепенной линии. Даже в конце мультфильма, когда авторы показывают «позитивный исход», в действительности, такой перспективы нет. Нельзя считать таковой подсобную работу на восстановлении пекарни или работу ребенка в пекарне грузчиком. Для российских школьников все это может вызвать недоумение или насмешку. Желание отомстить за убитую наркомафией сестру не может служить реальным стимулом для нормальной интеграции ребенка в общество.

Следует отметить и такой момент, как культура имен детей и взрослых, героев фильма. Почти все действующие персонажи мультфильма «Золотозубый» наделены не нормальными именами, а кличками. Вместо имен использованы какие-то странные дворовые или с намеком на криминальность клички – Слива, Тормоз, Карате, Золотозубый. В лучшем случае здесь – название профессии (пекарь) или родственные отношения (жена пекаря). Единственное исключение составляет только сестра Карате – Нина, но это исключение, подтверждающее правило.

Этому так же нельзя найти никаких обоснований для целей профилактики. Работа с девиантными детьми должна сопровождаться возвращением детей в культурное пространство, повышением уровня их культуры, в том числе культуры речи, общения. А здесь даже в именах осуществляется значительное понижение уровня общей культуры. Нет имен – нет личностей.

Главный герой тоже не имеет нормального имени, именование «Карате» нельзя признать нормальным человеческим именем. Скорее всего, «имя» главного персонажа мультфильма избрано создателями мультфильма в расчете на популярность среди молодежи систем восточных единоборств. Это, по явно просматривающемуся замыслу создателей мультфильма, еще более усилит некритичность восприятия несовершеннолетними зрителями главного персонажа мультфильма и воспроизводимых через него программирующих психологических воздействий.

Отдельно следует остановиться на звуковом сопровождении мультфильма.

Совершенно чудовищный акцент, ломаная, с многочисленным ошибками речь переводчика – закадрового комментатора, вероятно, может оцениваться кем-то как результат того, что российские распространители данного мультфильма (Центр «Холис») просто заимствовали переданные иностранные материалы без всякой обработки и адаптации для российской аудитории.

Однако, по нашему мнению, имеются все основания полагать, что именно такой звуковой ряд, с именно такими комментариями и акцентом (скорее – коверканием речи) реализованы намеренно и сознательно. Этот прием позволяет сосредоточить критическую составляющую мышления ребенка при его восприятии мультфильма на отслеживании и выявлении смешных «оговорок», речевых ошибок и странных фраз диктора. Но дети воспринимают информацию такого рода не столько на интеллектуальном, сколько на эмоциональном, образном уровне. И на этом уровне возможность критической оценки основной навязываемой информации или программирующих психологических воздействий будет исключена тем, что таковая будет просто полностью переключена на уровень восприятия внешней стороны речи.

Вызываемые внешней стороной речи насмешки будут замещать критическое осмысление содержания и сути ситуации. И все программирующие информационные блоки, все психологические акцентуации будут внедряться без помех со стороны защитных психологических механизмов сознания ребенка, фактически – на уровне подсознания.

Следует также еще раз отметить, что такой комментарий, с таким содержанием и с такими интонациями разрушает восприятие детьми русской речи, наносит существенный вред их языковой культуре. Тем не менее, в абсурдной логике работников Центра «Холис», это подается как некое преимущество мультфильма в российской аудитории (см. выше – «забавный акцент диктора»142, отметим, говорится только об акценте, о «забавности» речевых ошибок не сказано).

Явной техникой контроля сознания зрителей выглядит примитивная, на первый взгляд концовка мультфильма «Золотозубый», когда Золотозубый превращается в таракана, которого давит ногой Карате. Техника постановки мышления ребенка в состояние неразрешимого или крайне неожиданного парадокса в данном случае позволяет осуществить закрепление («замораживание») установленных акцентуаций, внедренных стереотипов и психологических установок.

Как говорится в методических рекомендациях Центра «Холис» применительно к анализируемым мультфильмам: «^ Каждое занятие с любым эпизодом заканчивается на позитивной ноте»143.

То есть, в понимании сотрудников Центра «Холис», такая концовка истории является позитивной. Напомним, что сестра Карате погибла в огне пожара, пока Карате, спасал раненного пекаря и птиц. Сам Карате длительное время употреблял наркотики, бросил их, но по-прежнему никакой его социализации не произошло. Ни учебы, ни дома, ни жизненных или профессиональных перспектив главного героя не показано. И это оценивается сотрудниками Центра «Холис» как «позитивная нота»!


^ 2. Оценка мультфильма «Карате и ребята» (1994 г.)

Не случайно, что ряд рассматриваемых мультфильмов как учебно-методических пособий выстроен именно в таком порядке: сначала предусматривается просмотр детьми мультфильма «Золотозубый» и потом мультфильма «Карате и ребята». Это обусловлено общим замыслом создателей этих видеоматериалов. В первом мультфильме генерируется реакция глубокой симпатии и сочувствия, некритического положительного восприятия персонажа по имени Карате как «героя», тем более, что самые последние кадры мультфильма «Золотозубый» показывают Карате уже как полностью положительного героя, ездящего на своем мотороллере (что, видимо, должно символизировать наличие у него постоянной работы и нормального социального положения) и поучающего малолетних токсикоманов жизни.

Закрепив такой канал прямого беспрепятственного воздействия на сознание несовершеннолетних зрителей, авторы во втором мультфильме осуществляет основную массу индоктринирующих воздействий, направленных на формирование у российских школьников конкретных негативных, асоциальных ценностных ориентаций и психологических установок.

В отличие от предыдущего мультфильма, в фильме «Карате и ребята» авторы сознательно пошли на то, что намеренно использовали российские имена для персонажей: имена Олег и Марат здесь рассчитаны на восприятие представителей двух наиболее многочисленных народов России – русского и татарского. Этот прием использован как эффективное средство усиления восприятия несовершеннолетними навязываемых акцентуаций и стереотипов, через именно такие имена, привычные и обычные в российской школе.

Из содержательных доминант, прежде всего, следует отметить навязываемый создателями мультфильма детской аудитории стереотип неполноценности человека иной расы или иной этнической группы.

Нарисованный образ ребенка со шлангом, поливающего из него других детей, выглядит подчеркнуто отвратительно. Ребенок, обладающий всеми основными характерными узнаваемыми чертами представителя негроидной расы (цвет кожи, волосы), представлен явно в негуманном образе какого-то животного, полуобезьяны. Такие черты лица не характерны для людей любой расы, даже в их стилизованном изображении.

Такое гипертрофированно карикатурное изображение ребенка негроидной расы в виде уродливой полуобезьяны может быть воспринято детьми негроидной расы как издевательски расистское, а у российских детей может вызывать неадекватные ассоциации и шутки в отношении детей другой этнической принадлежности или другой расы, спровоцировать в сознании детей чувства презрения и нетерпимости к ним.

Указанный образ ребенка нельзя назвать стилизацией и даже примитивизацией, характерными для мультфильмов. В данном случае присутствует явное грубое искажение человеческого образа, что может провоцировать у детей нетерпимость, пренебрежительное отношение к представителям негроидной расы. В этой же сцене образы других детей – тех, которых поливают водой из шланга, изображены как раз стилизованно и адекватно. В другом фрагменте мультфильма позднее – образ жонглирующего ребенка так же при определенной примитивизации черт изображен нормально.

Аналогичные комментарии могут быть даны к изображению ребенка монголоидной расы у автомобильной покрышки в сцене жонглирования Олега и Марата в «заброшенном доме», а также к изображению в сцене на рынке (в конце мультфильма) мужчины с характерной еврейской внешностью, намеренно гипертрофированной, издевательски искаженной. Эти образы в восприятии детей так же вызовут негативное отношение к людям другой этнической принадлежности.

Особо циничным в свете сказанного выглядит комментарий в материалах Центра «Холис» к такого рода эпизодам: «забавные лица героев»144. Как видим, это уже можно рассматривать как правило – работниками Центра «Холис» все явно абсурдные, антигуманные, негативные особенности анализируемых мультфильмов характеризуются как «забавные».

Пропагандируемые мультфильмом «Карате и ребята» «ценности» носят совершенно асоциальный, антигуманный и деструктивный характер.

Характерен показ бесцельного времяпрепровождения детей (катаются на грузовых тележках, бегают за машинами с овцами и т.п.). Рынок представлен в качестве того места, куда «приходит много детей». Вновь, как и в предыдущем мультфильме, никто не учится. Этот образ жизни, показываемый в мультфильме как социальная норма, в действительности, явно ниже жизненных стандартов основной части населения даже в бедных развивающихся странах, ниже того реального состояния, которое уже в них достигнуто. Даже в этих странах дети все-таки в большинстве ходят в школу. Но в данном случае навязываются определенные стереотипы мышления, формируется заведомо пониженный образ окружающей жизненной реальности.

Критическое восприятие периодически блокируется методом навязывания парадоксальных сочетаний образов, стилей, смешением культур. В частности, показаны женщины в традиционных африканских одеждах, а мужчины в одежде, присущей странам Латинской Америки.

На криминализацию сознания несовершеннолетних направлена сцена, в которой Марат крадет кошелек у «толстого туриста», передает украденное Олегу, и они вместе убегают от преследующего их полицейского. Это видит Карате, который считает, что надо «выручить друзей»: «Пацаны здорово влипли. Но их друг герой Карате был поблизости. Карате увидел, что у них неприятности».

Карате помогает им тем, что ударом ноги сбивает корзину под ноги полицейскому, который падает, ударившись лицом о землю. Характерен длительный показ сцены падения полицейского. Совершенно очевидно стремление создателей мультфильма вызвать смех зрителей намеренным и гипертрофированным, уничижительным показом протяженного во времени падения полицейского.

Вновь отметим упорно формируемый создателями мультфильма крайне негативный образ представителя правоохранительных органов, которого намеренно высмеивают в мультфильме. Налицо прямое стремление дискредитировать образ правоохранительных органов, а через них – и образ государства, низвести в сознании детей образ государства до образа коррумпированного, тупого и никудышного полицейского. В результате, такие сюжеты провоцируют криминализацию сознания детей, разрушают основы правосознания, которые закладываются в семье, в упорном труде школьных педагогов.

Показательно, что после этого Карате отругал ребят, но не за их неблаговидный проступок (кражу), а за то, что они попались, предупредив: «В следующий раз вам так не повезет». По смыслу сцены, совершить кражу и суметь избежать наказания – это везение, удача.

Декларируемой целью мультфильма является профилактика заболевания СПИДом. Однако, в действительности, главной доминантой мультфильма являются сексуальные отношения, в том числе между несовершеннолетними, между взрослыми педофилами и несовершеннолетними детьми, в том числе малолетними.

Начинается тема со слов: «^ Улыбчивый тип сажал девушку и пáрнишку (с таким ударением произнесено это слово в фильме, – прим. авт. заключения) в автомобиль», с показом соответствующего видеоряда. Скорее всего, в среднем российском школьном классе учителям придется разъяснять школьникам эту сцену, объяснять, что речь идет о педофилии, сексуальных отношениях взрослых с несовершеннолетними детьми. Нужно ли такое теоретическое углубление в человеческие пороки в российской школе? Никакими образовательными и воспитательными целями, установленными законодательством об образовании и соответствующими нормативно-правыми документами, регламентирующими деятельность общеобразовательных учреждений, такое «образование» не обусловлено и не предусмотрено.

Можно представить себе положение педагога в этой ситуации, которому будет навязана явно излишняя и не обусловленная целями профилактики половых заболеваний дискуссия по поводу педофилии и гомосексуализма («пáрнишка»).

Обсуждение проблем, которые в нормальных условиях не обусловлены никакими образовательными потребностями и целями обучения и воспитания в российской школе, повлечет возникновение явно излишнего, извращенного и болезненного интереса детей к теме педофилии, детской проституции, гомосексуализма.

Запрет садиться в машину к незнакомцу можно обосновать даже более императивно, но иначе – через принципиальную опасность таких действий не только для здоровья, но и жизни ребенка. Совершенно не нужно здесь давать такую детализацию темы педофилии и гомосексуализма, это может быть обосновано только иными воспитательными задачами – формированием стереотипа «нормальности» педофилии и гомосексуализма, на что, в действительности, и оказывается направленным воспитательное воздействие фильма.

Субъективно учащимися это может быть воспринято как пошлое развлечение, потеря учебного времени. И могут найтись педагоги, которые вследствие своего непрофессионализма будут готовы заменить урок такой «антиСПИДовой пропагандой», чтобы дать себе передышку, не готовиться к уроку. Вероятно, именно на таких педагогов и рассчитывают производители анализируемых мультфильмов. В худшем случае, будет оказано серьезное негативное воздействие на психику детей, разрушительное для уже приобретенных детьми образовательных и культурных навыков.

Характерна показанная в мультфильме социальная среда, социальные условия: «^ Около города был заброшенный дом». Этот дом представляет собой некие руины, где даже нет нормальной крыши. Характерна обстановка «заброшенного дома»: две старые автомобильные покрышки (одна висит, другая валяется), какие-то ящики и деревянные палки. Этим исчерпывается вся «домашняя обстановка» дома главных «положительных» героев.

Главный действующий герой Карате живет там со своей «подругой» Розой, состоя с ней в сексуальных отношениях вне брака. По сути – это пропаганда сожительства вне брака путем навязывания детям «нормальности» такого образа жизни.

Кроме пары сожительствующих молодых людей – главного «положительного» героя мультфильма Карате и его подруги Розы, в этом доме живет или постоянно бывает еще неопределенное число детей.

Говорится, что Карате и Роза детей «учили разным полезным вещам», что в видеоряде исчерпывается умением расчесываться для девочек и драться ногами для мальчиков.

Закадровый комментарий: «^ Ребята, жившие здесь, были хорошими друзьями» сопровождается показом сцены, которую можно интерпретировать как сцену сексуальной близости между малолетними детьми. Этим видеорядом осуществляется прямая пропаганда в детской среде «романтики» ухода из дома, жизни вне семьи, ранних половых связей. Дети фактически побуждаются к совершению этих действий, поскольку данный видеоряд дан в исключительно положительном эмоциональном оценочном контексте. В сознании российских школьников понятия дружбы и друга подменяются понятием полового партнера.

Все это – элементы совершенно дикого и явно противоестественного образного ряда для нормального восприятия. Не существует понятия дома, больше десятка детей обитают в развалинах, вместе с Карате и Розой, которые, судя по всему, даже не являются их родственниками. Нормальное времяпрепровождение детей в обычном, опять же показанном исключительно положительно варианте: «зарабатывание» денег путем развлечения на рынке взрослых, богатых туристов исполнением перед ними цирковых трюков, неквалифицированная работа и мелкое воровство.

Далее следует сцена с педофилом – «улыбчивым типом». Объяснение главного положительного героя Карате о том, что нельзя взять часы в подарок от «улыбчивого типа», потому что «этот мужик хотел трахнуть вас, вы могли заразиться СПИДом», – вызовет в российской школьной детской аудитории неадекватную реакцию, очевидно вредную для психологического состояния и нравственной культуры детей.

Сцена, в целом, просто дикая. Карате объясняет детям, что такое СПИД, как он опасен, что это – смертельная болезнь. Но говорится исключительно только об опасности заболевания СПИДом, но не о педофилии и детской проституции, в том числе гомосексуальной, как таковых. Гомосексуализм ставится в качестве нормы в один ряд с гетеросексуальными отношениями.

Явно осуществляется циничное понижение нормального восприятия детьми сферы половых отношений (на уровне их возраста), не говоря уже о полной дискредитации семьи. Нормальные дети здесь подаются как некие недоумки, а заведомо более порочный Карате (бывший наркоман, явившийся косвенной причиной гибели его родной сестры, ныне без определенного места жительства, обитает в разрушенном заброшенном доме, не имеет квалифицированной работы и нигде не учится, сожительствует вне брака) представлен как некий «знаток», авторитетный человек.

«^ СПИД – это болезнь, которую некоторые люди носят в себе. И когда они занимаются сексом с девушкой или парнем, они могут заразить их СПИДом», – разъясняет Карате.

Совершенно ненормально, цинично выглядит видеоряд, отражающий в стилизованной форме сексуальные отношения взрослого педофила с ребенком в автомобиле. Абсолютно не обусловленная никакой педагогической или медико-просветительской необходимостью демонстрация таких кадров детям вызовет или вредную психологическую реакцию с пошлыми шутками, или просто шокирует детей из нормальных в нравственном отношении семей, в которых приняты высокие нормы нравственной культуры в сфере сексуальных отношений.

Характерно в дальнейшей сцене обсуждение сексуальных отношений взрослого с несовершеннолетними (педофилия). Сами такие отношения оцениваются, судя по контексту мультфильма, как социальная норма, в том числе именно так они оцениваются «положительным героем» – Карате. Единственное, на что обращает внимание Карате – что в таких отношения присутствует серьезный риск случайного заражения СПИДом.

Показателен спор Марата с Карате. «^ Откуда ты знаешь, что у него СПИД? По моему, он выглядит нормально», – заявляет Марат.

Это является уже явным верхом абсурда с точки зрения даже самого минимального уровня культуры школьников и педагогов, возможно, существующего в российской школе.

Тем самым, детям внушается, что педофилия, сексуальные отношения взрослых с детьми являются обычным делом, нормой жизни для «положительных» героев. И эти герои, по замыслу авторов мультфильма и сотрудников Центра «Холис», могут служить позитивным нравственным образом, примером для российских школьников.

В ответ Карате цинично разъясняет, что нецелесообразно за наручные часы вступать в сексуальные отношения со взрослым мужчиной, потому что взрослый сексуальный партнер, хотя и не имеет внешних признаков заболевания СПИДом, может быть болен.

Отметим, что такую индоктринацию и аргументацию авторы программы «Ресурсы здоровья» (Центр «Холис»), рекомендующие эти мультфильмы, считают адекватной и педагогически обоснованной для российских школьников!

Марат упорствует, считая, что риск в данной ситуации минимален и что Карате не следовало лишать его ценного приобретения (наручные часы). Отметим, что по сюжету Марат вполне понимает, что от него требовали вступить в сексуальные отношения со взрослым человеком за материальное вознаграждение.

Вопрос о ненормальности, противоправности и уголовной наказуемости педофилии и детской проституции вообще не обсуждается, не затрагивается. На какое-либо негативное отношение авторов и героев мультфильма к этим преступным деяниям нет даже слабого намека. Весь негативизм связывается исключительно только с опасностью заражения СПИДом.

Указанные сцены мультфильма «Карате и ребята» совершенно определенно направлены на пропаганду педофилии и детской проституции, в том числе гомосексуальной, на насильственное навязывание несовершеннолетним представлений об обыденности и нормальности детской проституции, педофилии и гомосексуальных отношений.

Следует отметить неоднократное, настойчивое использование авторами мультфильма сцен полового совращения малолетних взрослыми, многократное повторение таких сцен в различных вариациях. Опять же без всяких негативных комментариев. Показ таких сцен школьной аудитории даже с педагогическими комментариями есть абсурд. А здесь вообще нет никаких комментариев, детям предоставлена полная свобода самостоятельно оценивать эти сцены. Комментарии даются только в аспекте опасности заразиться СПИДом.

Когда «улыбчивый тип» снова приглашает Марата к себе в автомобиль, Марат заявляет Олегу: «^ Да плевать мне на СПИД, мне деньги нужны». Здесь так же усматривается явная пропаганда детской проституции и педофилии как способа заработка и как социальной нормы, которая может быть ограничена только одним – опасением заразиться СПИДом. Ни о каких других запретах или ограничениях речь не идет.

Следует сцена натуралистического изображения лежащего на дороге малолетнего ребенка (Марата) после совершения «улыбчивым типом» с ним анального полового акта и выбрасывания его из машины. Крайне натуралистично показано, что с мальчика сорваны штаны, полуобнажены ягодицы. Смысловой акцент сделан на том, что «улыбчивый тип» обманул Марата, не заплатив ему обещанных денег. То, что сама ситуация преступна и аморальна, снова не обсуждается.

Дальнейшая сцена погони Карате за педофилом («улыбчивым типом»), совершившим половой акт с Маратом, намеренно выстроена в комичной форме, чтобы отвлечь внимание детей, зрителей от сути проблемы. Это показывает намеренность и целенаправленность пропагандирования авторами мультфильма педофилии и детской проституции, особый цинизм создателей мультфильма. Или то, что фильм сделан в расчете на такую детскую и молодежную аудиторию, в которой детская проституция, педофилия, гомосексуализм, половые отношения между несовершеннолетними являются социальными и культурными нормами, обыденностью, полностью соответствуют условиям, в которых люди живут с самого раннего детства и не воспринимают все это как нечто ненормальное.

Как указывается в сопроводительных к этому мультфильму материалах Центра «Холис»: «В фильмах не встречаются слова “наркоман”, “наркотики”, “воровство”, “проституция”. Но, как правило, во время обсуждения мультфильмов становится ясно, что подросткам известно гораздо больше об этих сторонах реальной жизни, чем хотелось бы нам, взрослым»145.

Это – намеренная ложь. Подавляющему большинству российских детей все еще известно гораздо меньше о половых извращениях, чем изображают работники Центра «Холис», в том числе посредством анализируемых мультфильмов. Но главное, что никто не давал им права «погружать» детей в эту негативную для здорового ребенка информацию, фактически, развращать детей в тайне от их родителей.

Осуществляемая находящимся на бюджетном финансировании Центром «Холис» при поддержке органов управления образованием города Екатеринбурга посредством демонстрации мультфильма «Карате и ребята» пропаганда педофилии, детской проституции, в том числе гомосексуальной, беспорядочных сексуальных связей между малолетними детьми противоправна и является грубейшим нарушением целого ряда международных актов о правах человека, в том числе:

• пункта 3 статьи 13 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах146, устанавливающего, что участвующие в этом Пакте государства обязуются уважать свободу родителей и в соответствующих случаях законных опекунов обеспечивать нравственное воспитание своих детей в соответствии со своими собственными убеждениями;

• пункта 4 статьи 18 Международного пакта о гражданских и политических правах147, устанавливающего, что участвующие в этом Пакте государства обязуются уважать свободу родителей и в соответствующих случаях законных опекунов обеспечивать нравственное воспитание своих детей в соответствии со своими собственными убеждениями;

• статьи 34 Конвенции о правах ребенка148, устанавливающей, что государства-участники обязуются защищать ребенка от всех форм сексуальной эксплуатации и сексуального совращения.

В соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации, указанные нормы являются составной частью правовой системы Российской Федерации, а потому имеют прямое действие.

Указанные действия сотрудников Центра «Холис» являются также грубейшим нарушением российского законодательства, в частности:

• пункта 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации от 29 декабря 1995 г. №223-ФЗ (с послед. изм. и дополн.), устанавливающего, что родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей, обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей. Родители имеют преимущественное право на воспитание своих детей перед всеми другими лицами;

• пункта 1 статьи 4 Федерального закона «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» от 24 июля 1998 г. № 124-ФЗ (в ред. Федеральных законов от 20.07.2000 № 103-ФЗ, от 22.08.2004 № 122-ФЗ, от 21.12.2004 № 170-ФЗ), устанавливающего в качестве целей государственной политики в интересах детей содействие физическому, интеллектуальному, психическому, духовному и нравственному развитию детей; пункта 1 статьи 14 «Защита ребенка от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию» указанного Федерального закона, устанавливающего, что органы государственной власти Российской Федерации принимают меры по защите ребенка от информации, пропаганды и агитации, наносящих вред его здоровью, нравственному и духовному развитию, в том числе от распространения печатной продукции, аудио- и видеопродукции, пропагандирующей насилие и жестокость, порнографию, наркоманию, токсикоманию, антиобщественное поведение;

• пункта 1 статьи 2 Закона РФ «Об образовании» от 10 июля 1992 г. № 3266-1 (с послед. изм. и дополн.), устанавливающего, что государственная политика Российской Федерации в области образования основывается на принципах гуманистического характера образования, приоритета общечеловеческих ценностей, жизни и здоровья человека, свободного развития личности; воспитания любви к семье.

Указанные действия сотрудников Центра «Холис» (по ведению обозначенной выше пропаганды посредством демонстрации указанных мультфильмов) образуют состав преступления, предусмотренного статьей 135 «Развратные действия» Уголовного кодекса Российской Федерации, устанавливающей ответственность за совершение развратных действий без применения насилия лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, в отношении лица, заведомо не достигшего шестнадцатилетнего возраста.

В Комментарии к Уголовному кодексу Российской Федерации под редакцией заслуженного юриста Российской Федерации, доктора юридических наук, профессора Б.В. Здравомыслова статья 135 комментируется следующим образом. Объективная сторона состоит из совершения развратных действий без применения насилия в отношении лица, заведомо не достигшего шестнадцати лет. Под развратными действиями понимаются такие действия лицом, достигшим восемнадцатилетнего возраста, которые направлены на удовлетворение половой страсти виновного или половой страсти лица, заведомо не достигшего шестнадцати лет, но не связаны с совокуплением или, например, мужеложством. К развратным действиям относятся, например, циничные беседы, демонстрация порнографических изображений, совершение полового акта в присутствии лица, заведомо не достигшего шестнадцати лет, и т.п.149

В соответствии с Приказом Генерального прокурора Российской Федерации № 38 от 22.06.2001 «Об организации прокурорского надзора за исполнением законов о несовершеннолетних и молодежи», пункт 3.2 которого требует «привлекать к установленной ответственности юридических и физических лиц, виновных в распространении информации, наносящей вред здоровью детей, их нравственному и духовному развитию, или пропагандирующих насилие и жестокость, порнографию, наркоманию, антиобщественное поведение», органы прокуратуры обязаны пресечь указанную противоправную деятельность Центра «Холис», привлечь к ответственности его руководителей, а также чиновников Администрации города Екатеринбурга, содействующих указанной противоправной деятельности Центра «Холис».

Уместно процитировать также Постановление Главного государственного санитарного врача Российской Федерации № 19 от 29.12.1999 «О неотложных мерах по предупреждению распространения ВИЧ-инфекции», пункт 6.1 которого требует «принять действенные меры вплоть до лишения лицензий по предотвращению пропаганды в средствах массовой информации и особенно на телевидении половых извращений, порнографии, а также передач, направленных на привлечение молодежи к обсуждению вопросов нетрадиционных половых отношений». В случае с Центром «Холис» речь идет не о СМИ, однако, учитывая, что указанный центр представляется как «центр медико-психологической и социальной помощи населению», указанное требование на него распространяется.

Возвращаясь к содержанию анализируемого мультфильма, отметим, что «изюминка» всей истории: Марат заразился СПИДом. Это используется как повод для того, чтобы познакомить детей с презервативом.

Карате и Роза рассказывают ребятам о презервативе: «^ Презерватив – это классно, он может защитить от СПИДа». Сомнительно, чтобы дети, проживая в таких условиях, вступая в половые отношения со взрослыми и друг с другом, ничего не знали о презервативах. Сама ситуация – надуманная и абсурдная, заведомо противоестественная.

Таким образом, ни дома, ни семьи у детей опять нет, а есть только какие-то сожители разного возраста, которые в каких-то руинах рассказывают детям о презервативах.

Как показано в мультфильме, основной вид занятия детей при этом – попрошайничество на рынке, основное развлечение в «заброшенном доме» после «трудового дня» – надувание презервативов и кидание их друг другу на голову.

Рассказ Розы и Карате об использовании презервативов в своей половой жизни с акцентированием мотивации обеспечения ими защиты от заражения СПИДом свидетельствует о том, что они сами ведут беспорядочную половую жизнь, поскольку только в этом случае необходимо постоянно использовать презерватив, чтобы не заразиться. Если бы они жили только друг с другом, даже, отметим, во внебрачном сожительстве, то никакой необходимости использования презервативов, обусловленной защитой здоровья, в этом случае не было бы.

Далее следует стилизованная сцена с изображением надевания презерватива на половой член. Такие сцены и изображения являются непременным атрибутом всех пособий по «сексуальному просвещению», которые обоснованно оцениваются общественностью, специалистами как пособия по развращению российских детей.

Внедряемая при этом в сознание детей установка на нормальность сексуальной жизни несовершеннолетних, причем, по контексту сюжета, и со взрослыми также, дополняется внедрением мысли о том, что если бы Марат во время анального полового акта с ним использовал презерватив, он остался бы «здоровым».

Роза говорит: «^ Любой человек, с которым вы встречаетесь, может быть заражен СПИДом. Так что мы должны предохранять себя и своих друзей». То есть беспорядочные половые контакты, в том числе между малолетними детьми, – это норма в представлениях и понимании авторов мультфильма, необходимая, по их же мнению, для внедрения в сознание школьников.

Отметим, что под словом «друг» в приведенной цитате понимается сексуальный партнер. И здесь школьный педагог, вполне возможно, будет вынужден разъяснять российским школьникам, уточнять понятия друга и дружбы, дополняя существующее, сложившееся у школьников понимание этих слов, сформированное в процессе изучения российской культуры, литературы и т.п., новым понятием «друга» как сексуального партнера. Отметим, что навязывание понимания друга как сексуального партнера применительно к мальчикам есть еще один элемент пропаганды гомосексуализма среди несовершеннолетних.

«^ Пока дети учились защищать себя (то есть надевать презерватив, – прим. авт. заключения), Марат умер». Эмоциональный фон смерти Марата, изображенная сцена его захоронения не на кладбище, а просто под деревом, как будто хоронят собаку, – просто издевательство над смертью и нравственными нормами отношения к смерти в российской культуре.

После смерти Марата авторы так же пытаются закончить мультфильм на мажорной, «позитивной» ноте. Но позитивная перспектива у них связывается опять только с попрошайничеством и цирковыми выступлениями детей на рынке. Олег ходит с шариками, которыми жонглирует. Он знакомится с девочкой Марией, жонглирующей обручами. Вместе они выступают на рынке. Такой идеал детской жизни авторы мультфильма предлагают российским детям, усматривая в этом какую-то профилактику социальных пороков. На самом деле, это и есть циничная пропаганда этих самых пороков, асоциального образа жизни ребенка вне семьи, школы, государства и общества.

9493830456093442.html
9493867645168342.html
9493943606530305.html
9494115157439101.html
9494210716021801.html